Звёздные войны: Последние джедаи

Мастерски выхватив одним взглядом все, что есть дорогого в «Звездных войнах», Абрамс, этот охотник за драгоценностями, любуясь своей находкой, ее похитил, оставив франшизу на разграбление ворам менее взыскательным: они перебьют хрусталь, а уходя, подожгут двери. Заказать дипломную работу лучше всего на сайте diplomagazin.ru

Благое начинание обновления франшизы, погрязшей в водовороте бесчисленных сериалов, книг и мультфильмов, неумолимо тянущих на дно, во тьму времен, выродилось в карикатуру «Звездных войн» на самих себя, где голос старых медных труб соседствует со звуками идиотских ужимок в диснеевском духе. Избавляясь от громоздкого наследия, Джонсон одновременно избавил франшизу и от будущего, лишив ее всякой — весьма иронично — надежды.

История, сквозь которую еще два года назад отчетливо проступали яркие чернила оригинальной трилогии, оказалась измята, выброшена и лишена всяких очертаний, словно заразившись безликостью от собственных героев, про которых так и нельзя сказать ничего больше их гендерной или расовой принадлежности. Являясь полнейшими посредственностями, по всемогущей указке они отсупили еще дальше в тень, и экранное время выделяется им исключительно щедро — герои такого масштаба не должны выходить дальше подсобки самого захудалого корабля Первого Ордена. Они все так же однообразны, скучны и предсказуемы, а Ридли и Бойега все так же деревянно играют, периодически кривляясь, чтобы показаться смешными и развеселить недоумевающую публику, в который раз проверяющую свои билеты: не на фильм ли Marvel они ненароком попали? Нет? Откуда ж здесь рафинированнейший образец абсолютного злодея, брызгающего слюной и непременно попадающего в идиотские ситуации, откуда низведение возвышенных сцен до площадного хохота, откуда, наконец, эта инфантильная, вываленная в приторном сахаре мораль? Чем Джонсон заразил Звездные войны?

Он заразил их глупостью: нелепейшие поступки, совершаемые под хохоток и прибаутки, неизменно разрешаются в пользу главных героев, хотя бы для этого и пришлось с упорством, достойным жалости, вновь и вновь придумывать deus ex machina, чьим апофеозом восьмой эпизод и предстает. Бесцельный, изломанный сюжет соединяется только чередой чудесных спасений, никак не мотивированных всем предыдущим ходом событий и исполненных в крайне патетическом настрое, как будто зритель, повинуясь торжественно вымученным звукам, не заметит, насколько смехотворно все происходящее на экране.

Он заразил их праздностью: за два с половиной часа не происходит ни единого неожиданного поворота, фильм движется по кругу, этой идеальной, но чертовски скучной в своем совершенстве фигуре, и каждая сцена похожа на другую; важнейшие моменты показаны мимоходом, зато гигантского Ждуна смакуют во всех неприглядных подробностях, дающих несомненно ценную информацию об анатомии удивительного существа. Любопытнее всего то, что нагромождение бесноватых зверушек, вакханических планет и новоявленных героев в следующем же эпизоде канет в небытие и будет зачеркнуто так же решительно, как в нынешнем оказалось зачеркнутом то немногое, что перекочевало из фильма Абрамса и было хоть немного оригинальным. Одноразовые марионетки, не имеющие за спиной ничего, кроме разукрашенного картона, — вот вся разгадка для персонажей, снискавших самые причудливые теории и домыслы фанатов, но не внимание Джонсона.

Он, наконец, заразил их выродившейся политкорректностью: восьмой эпизод — политический памфлет, прокламация деградирующего феминизма, уже давно тянущегося своими жадными ручонками до кинематографа. Вот — дотянулся, и показал всему миру страшную гримасу: в этом синтетическом чудовище соблюдение идеологически верной пропорции существ всех полов и национальностей важнее их уместности. Напускная покровительственность, с которой обращается новоявленная командующая (с лиловым цветом волос!) к По — единственному запоминающемуся человеку среди коллекции полумертвых кукол, ее старушечье «люблю я пылких мальчиков», отчаянная воительница Роуз, из механика преобразившаяся в покорителя Первого ордена и мужских сердец, и необыкновенно могучая Рей, так удачно коснувшаяся Силы, что без глупого и ненужного обучения вновь пошла громить подлых врагов. Интересно видеть, как от рационального и предельно научного объяснения Силы франшиза вновь ударяется в мистицизм и чуть ли не теургические практики, отчаянно оправдывая идеологию чем-то смутным, неясным, но — вы только поверьте! — могущественным и древним.

Фильм раздробил и уничтожил сам себя, избавившись и от доблестных защитников свободы, и от стройных рядов войск темного владыки, и от этической привлекательности повстанцев, и от эстетической — Первого ордена. Репутация последнего отныне держится лишь на игре Адама Драйвера, для которого роль в «Патерсоне» Джармуша не прошла бесследно. Обе стороны изжили себя, как и вся история, упорно повторяющаяся — что бы ни пытался сделать Джонсон, — но уже в собственном, искаженном отражении.

Впереди — последний эпизод, и студия не сможет предложить ровным счетом ничего, кроме новых пучеглазых тварей, разумно надеясь выручить барыш на продаже игрушек.

Так позволим торговцам выполнить свое предназначение до конца.

Комментарии Вконтакте:

“ Информация ”

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.